Как начать писать песни: первый месяц по неделям

Сорок голосовых заметок и ни одной песни

Откройте диктофон человека, который «уже год пробует писать песни». Тридцать записей, сорок, иногда больше. Почти все длиной от одиннадцати секунд до минуты: наигранный рифф, восемь промычанных слов, половина куплета, которую оборвали, когда кто-то вошёл в комнату.

Вот тут и сидит настоящая проблема новичка, только выглядит она не так, как принято думать. Начать никому не мешало, начинали сорок раз, а до конца не довели ни одной попытки. Советы же для начинающих упорно берутся не с того конца: найдите свой голос, пишите о том, что знаете, заведите блокнот, ловите идеи. Всё это помогает копить ровно то, чего уже накопилось и лежит без дела.

Поэтому весь первый месяц держится на одном правиле, а остальные советы можно отложить.

Дописывайте всё. Быстро. Плохо.

Не «дописывайте то, что этого заслуживает», а всё подряд. Песня из четырёх строк считается дописанной, если у неё есть начало, есть конец и вы остановились намеренно. Десять плохих дописанных песен за четыре недели научат большему, чем одна выношенная хорошая за год, и причина тут вовсе не в мотивации.

Чему учит финал и чему никогда не научит черновик

Черновик тренирует один навык: придумать хорошую строку. Этот навык у всех уже частично есть, поэтому все и застревают в одной точке. Дописанная песня тренирует ещё шесть, и ни к одному из них обрывок не подпускает.

Как заканчивать. Песня обязана остановиться, и у остановки есть пять рабочих решений: крутить хук, пока он не растворится; сесть на заглавную строку и обрубить; уйти в один инструмент; ответить на первую строку песни её же изменённой версией; выйти на том, что раньше боялись сказать. В полутора куплетах вы этого не обнаружите. Вы обнаружите это, когда впервые сядете перед почти готовой песней и поймёте, что не знаете, как выйти из комнаты.

Пропорции. Восемь строк куплета против двухстрочного припева заваливают песню на нос, но услышать это можно, только когда существуют обе части. На бумаге всё выглядит прилично.

Второй припев звучит иначе. Слова те же, смысл другой, потому что между повторами случился куплет. Новичок пишет припев один раз и вставляет копию. Тот, кто дописывает, замечает, что второй заход просит небольшой правки: одно слово, лишняя строка или та же строка, спетая как поражение, а не как обещание.

Стыки. Два такта между куплетом и припевом выдают любителя быстрее всего. Стык негде тренировать, если вы всю жизнь пишете по одному куску и ни разу не ставите два рядом.

Названия. Дать имя значит решить, о чём вообще речь. В половине случаев выясняется, что песня получилась не о том, ради чего вы садились, и это открытие приходит только в конце.

Суд над собственной готовой вещью. Вот главное. По лучшей строке нельзя понять, стоит песня чего-нибудь или нет, а слушатель решает это за полторы минуты и решает сразу про всю вещь. Вынести такой же приговор своему вы научитесь только над законченными песнями, и первые несколько раз это получится плохо.

Все шесть пунктов живут за той чертой, где обрывок заканчивается. В этом весь смысл правила: плохая дописанная песня содержит все шесть уроков в слабом качестве, а гениальный обрывок не содержит ни одного вовсе.

Неделя первая: три песни по четыре строки, и все три дописаны

Сегодня вечером, а не в субботу. Порядок такой.

Выберите три ситуации, а не три темы. Тема выглядит так: «сожаление». Ситуация так: «последний раз, когда я проехал мимо их улицы и не сбросил скорость». Запишите три ситуации по одной строке, и у каждой должны быть место и время суток. Если не получается сказать, где вы стоите и который час, копайте дальше. В подробном разборе того, как собирается текст песни, объясняется, почему ситуация обыгрывает тему, а здесь достаточно самого правила.

Дальше на каждую ситуацию по четыре строки. От шести до десяти слогов в строке. Зарифмуйте вторую с четвёртой, первую и третью оставьте в покое. И проговаривайте каждую строку вслух в том темпе, в котором стали бы её петь, прежде чем оставить, потому что строка, которая красиво читается и плохо дышит, у новичков встречается чаще всего.

Вот такая заготовка ровно по этому заданию:

Я оставил свет на веранде,
Хотя я не жду никого.
Чайник щёлкнул и выключился,
И я не сделал ничего.

Девять слогов, восемь, девять, восемь. Рифма во всей строфе одна, «никого» и «ничего». Обе незарифмованные строки заняты предметами, верандой и чайником, и ни одна строка во всей строфе не называет чувства. Ничего остроумного тут нет. Заняло минуты четыре, зато сделано, и на этой неделе важно только это.

Три таких за вечер, и не возвращайтесь улучшать. Не оставляйте лучшую и не бросайте две остальные: три дописанные четырёхстрочные песни, после чего закрывайте блокнот. Если ситуации не придумываются, банк ограничений и стартовых позиций для письма сдвинет дело быстрее, чем разглядывание стены.

Неделя вторая: к каждой песне вторая часть

Теперь каждая из трёх песен получает припев. Не хороший припев, а вторую часть.

Механика такая: пять-семь слогов в первой строке, потом эта же строка целиком повторяется, потом ещё две строки, и последняя из них рифмуется с первой. Повтор здесь не лень. Именно повтором припев сообщает, что он припев, и новички боятся этого приёма до смешного: повторяться на письме кажется жульничеством, зато на слух повтор воспринимается как облегчение.

Оставь этот свет,
Оставь этот свет.
Кому-то ещё идти домой,
А может быть, и нет.

Пять слогов, потом те же пять. Первая строка возвращается дословно, а последняя закрывает её рифмой: «свет» и «нет». Припев говорит то, что куплет сказать постеснялся, и это работа припева примерно в девяти случаях из десяти. Если нужна механика хуков, отдельный разбор припева расписывает слоговые и повторные схемы подробнее.

Сделайте все три, и два наверняка выйдут слабыми. Доведите их до конца всё равно, потому что тут появляется навык, которого первая неделя дать не могла: вы начали чувствовать пропорцию. Четырёхстрочный куплет против четырёхстрочного припева садится в каждой из трёх песен по-своему, и разница слышна даже внутри головы.

Неделя третья: переписывайте худшую, а не лучшую

Переписать хочется лучшую. Но у лучшей меньше всего уроков: то, что в ней работает, уже работает, а почему, вы не знаете.

Снова один вечер. Берите худшую из трёх и переписывайте тремя ходами, строго по порядку.

1. Оставьте ровно одну строку. Ту единственную, которая держится, когда вы читаете песню вслух. Остальные семь удалите.
2. Смените время суток. Ситуация та же, час другой. Сцена в семь утра и та же сцена в два ночи дают разные глаголы, разные шумы и разную причину не спать. Дешевле рычага для переписывания нет, и почти никто им не пользуется.
3. Пишите новую версию за один присест, не заглядывая в старую. Закройте вкладку или переверните лист, но не стирайте: оригинал понадобится через час. Когда он стоит перед глазами, получаются правки, а нужна версия.

К концу вечера у вас лежат две дописанные версии одной песни, обе по восемь строк и обе целы. Теперь сравните и назовите победителя вслух, словами. Иногда выигрывает оригинал, и это не провал: вы впервые примерили собственное суждение к двум законченным песням, а на первых двух неделях примерять его было просто не к чему.

Неделя четвёртая: сделать то, что человек сможет услышать

К концу месяца песни живут у вас в голове и в тетради. Это частное хобби, а не сочинение песен, и разрыв закрывается одной записью на телефон.

Задание: та самая песня, которую вы переписывали, один дубль, диктофон, второй попытки нет. Пойте плохо. Если вы ни на чём не играете, пойте вообще без аккомпанемента. Если знаете три аккорда, играйте три аккорда. На следующий день послушайте один раз и запишите тот единственный момент, на котором вас передёрнуло.

Другим способом этого не узнать: текст кривую фразировку прячет, а запись нет. Строка, которая на бумаге была в порядке, а на темпе не пропевается, вылезет в первые десять секунд. Если после диктофона захочется чуть большего, варианты записи без инструментов и студии разобраны отдельно.

Дайте послушать одному человеку. Не пятерым, а одному, и лучше тому, кто сам песен не пишет: другие авторы разбирают ремесло, а вам нужно знать, дослушал ли посторонний.

Три вещи, которые сейчас можно пропустить

Аппаратура. Звуковая карта, микрофон и пара мониторов не прибавят к вашему счёту ни одной дописанной песни. Разговор про технику потому и соблазняет, что подменяет трудную задачу походом по магазинам. Телефон пишет достаточно чисто для единственной работы, которая нужна от записи в первый месяц: показать лично вам кривую фразировку. Не покупайте ничего, пока не наберётся двенадцать готовых песен, а вместе с ними внятная претензия к звуку.

Теория музыки. Теория прекрасно объясняет то, что уже случилось, и почти ничем не помогает, когда надо, чтобы случилось следующее. Знание, что припев взлетает из-за параллельного минора, никак не повышает шансы написать следующий. Теория начинает окупаться там, где вы играете с другими музыкантами или делаете аранжировку, а это пока не ваш случай. Теоретический минимум для продюсера стоит прочитать позже, месяце на третьем, когда появится к чему прикладывать.

Мнение о собственном стиле. Вот эта штука обходится дороже всего. Решив на второй неделе, что вы мрачный инди-фолк-автор, вы тихо забракуете любую идею, пришедшую в другом костюме, а на опыте в четыре песни выборки для выводов о себе просто нет. Стиль оседает сам. Он проявляется в том общем, что найдётся у ваших первых тридцати песен, и находят его, перечитывая старое, а не объявляя заранее.

Единственная по-настоящему трудная задача новичка

Звучит она так: с песней что-то не то, вы это чувствуете и не можете назвать что. Вот об эту стену и бьются, иногда неделями, и ни один из этих часов ничего не сдвигает. Лечится это диагностикой из четырёх шагов, строго по порядку.

1. Прочитайте вслух как речь. Без мелодии и ритма, просто проговорите. Всё, обо что вы спотыкаетесь в обычной речи, относится к конструкции, а не к искусству: подлежащее уехало далеко от сказуемого, три ударных слога подряд, слово, которого вы вслух никогда не произносите.

2. Спойте на диктофон. Мелодия любая, хоть никакая. Проблемы с длиной, которые прячутся в тексте, вылезают сразу, как появляется тактовая черта. Вы услышите, как сами комкаете одну строку и растягиваете другую.

3. Отложите на сутки. Не на час, а на сутки. За сутки вы забываете, что хотели сказать, и слышите, что сказали, а на первой неделе вас гнали быстро ровно ради этого: готовую песню можно отложить, обрывок нельзя.

4. Назовите точную строку, на которой вам стало неинтересно. Этот шаг и решает задачу. Включите запись и отметьте момент, когда внимание уплыло. Не часть песни, а строку. Потом проверьте её по четырём причинам, которые вместе объясняют почти все случаи:

• строка называет чувство вместо действия или предмета;
• строка держит рифму и больше ничего не делает, и вы прекрасно знаете, какая это строка;
• строка повторяет сведения, которые уже дала предыдущая;
• строка конкретна и правдива, но ничем не привязана к вашей сцене, и без единой правки встала бы в чужую песню.

Посмотрите, как это срабатывает на куплете первой недели, где заменена одна строка:

Я оставил свет на веранде,
Хотя я не жду никого.
И подумал, что мне тоскливо,
И я не сделал ничего.

Три строки из четырёх сообщают о действиях: оставил, не жду, не сделал. Третья не показывает ни одного предмета и ни одного движения, она просто называет чувство, и внимание умирает ровно на ней. Считать тут пришлось, а не оценивать, в этом вся ценность приёма. Поставьте на место третьей строки что угодно материальное, и куплет оживёт.

Где генератор помогает, а где забирает урок

Отвечу прямо, и ответ распадается надвое.

Первая неделя: держите его закрытым. Генератор песен пишет название и цельный текст со структурой по одному полю темы, то есть делает ровно ту работу, которой вы учитесь. Пользоваться им сейчас всё равно что учиться плавать, держась за бортик. Вы выдадите четыре складные песни за неделю и не узнаете ничего про то, как заканчивать песню, потому что концовка приехала готовой. Новичок, который в первые две недели опирается на генерацию, обычно остаётся новичком с каталогом побольше.

Четвёртая неделя: откройте осознанно, ради формы. Когда своих дописанных наберётся с десяток, инструмент перестаёт быть заменой и становится образцом. Скормите ему ту же ситуацию, о которой вы уже писали. Поставьте структуру story или classic, выберите одно направление хука, отметьте до трёх эмоциональных тонов и читайте ответ как архитектуру, а не как слова. Куда он ставит бридж, насколько его припев короче вашего и что он повторяет из того, что вам повторить в голову не пришло. Потом закройте вкладку и перепишите свой вариант. Вы сравниваете скелеты, а не заимствуете строки.

Есть ещё два честных применения. Первое: двадцатая альтернативная строка. Когда вы знаете, что строка не та, и уже выдали девятнадцать столь же негодных замен, пачка вариантов разрывает петлю, даже если вы не оставите ни одного. Второе: услышать собственный готовый текст спетым. Наши генераторы делают слова, а исполняет Suno, и Suno не наш. Если хочется, чтобы текст четвёртой недели вернулся к вам голосом, отнесите в Suno свой собственный готовый текст, а не генерируйте новый. Одна сгенерированная песня стоит 20 кредитов, это двадцать центов, а актуальные условия подписки смотрите на странице тарифов.

Проверять тут стоит по одному признаку. Если инструмент делает то, что вы и сами умеете, он экономит вам вечер, а если он делает ровно то, чему вы прямо сейчас учитесь, он забирает урок и оставляет вам файл. Инструмент при этом один и тот же, меняется только номер недели.

Вопросы и ответы

Через сколько появится песня, которая мне самому понравится? У тех, кто дописывает в таком темпе, первая песня без внутренней гримасы случается где-то между восьмой и двадцатой. Само число мало что даёт, важнее единица измерения: счёт идёт в дописанных песнях, а не в неделях и часах. Кто пишет полгода и не дописывает, стоит на нуле.

Нужно ли уметь играть на инструменте? Нет, и причина не в том, что инструменты в музыке необязательны. Просто и текст, и мелодию можно отрабатывать голосом и телефоном, а инструмент в первый месяц добавляет второй начальный навык к уже неловкому первому. Если вы всё-таки играете, для всего описанного выше хватит трёх аккордов.

Сначала текст или сначала мелодия? С чего пришло, с того и начинайте. Вопрос с подвохом, потому что предполагает выбор, а на практике что-то приходит первым, и вы работаете от этого. Важно другое: если стартуете от мелодии, сперва напойте ритм бессмысленными слогами и только потом подставляйте настоящие слова, иначе слова подерутся с мотивом.

Все мои песни звучат одинаково. Это плохо? На четырёх песнях это ещё ни о чём не говорит. На сорока это уже ваш стиль, и тогда его стоит рассмотреть намеренно. А пока быстрее всего колею ломает механика: переведите текст во второе лицо, смените время суток или поставьте рассказчиком не себя.

Пользоваться ИИ для текстов нечестно? Судьи нет, поэтому и мерку «честно или нет» тут приложить не к чему. Настоящий вопрос в том, что вы покупаете. Покупаете готовую песню, получаете готовую песню и никакого навыка. Покупаете структуру для разбора или выход из ступора на одной строке, получаете и то и другое. Первая неделя закрыта, четвёртая открыта осознанно.

Показывать ли первые песни людям? Одному человеку, после четвёртой недели, и выбирайте слушателя, а не автора. И задавайте правильный вопрос. «Нормально получилось?» приносит вежливость. «Где ты перестал слушать?» приносит номер строки, а только такая обратная связь хоть что-то когда-нибудь чинила.

Что делать во втором месяце? Правило то же, единица крупнее. Три песни в неделю превращаются в одну песню в неделю, зато из трёх частей, а требование дописывать остаётся на месте. Как только вы разрешите себе одну недописанную, папка с голосовыми заметками снова начнёт расти.